Как сироте найти родственников

Знать своих биологических родителей — ваше право. Тайна усыновления действительно может стать препятствием в поисках информации о родных — я работала в органах опеки и попечительства и сталкивалась с таким. Но это не ваш случай.

Расскажу, какие нормативные акты дают ребенку право искать родственников и где хранятся сведения о них.

Что такое тайна усыновления

Иногда усыновители хотят, чтобы приемный ребенок считал их единственными родителями. И всячески скрывают факт усыновления. Например, меняют ребенку имя, фамилию, отчество, место рождения, возраст. Иногда даже переезжают.

Однако некоторые усыновители считают, что ребенок вправе знать правду о своем происхождении. Поэтому не скрывают факт усыновления. То есть в России усыновители решают, хранить тайну или нет. И только с их разрешения ее можно раскрыть.

Но если ребенка усыновляют в сознательном возрасте, тайна усыновления невозможна изначально. Подробно об этом я рассказывала в другой статье в Тинькофф Журнале.

Что может осложнить поиски

Дальше расскажу о нюансах взаимодействия с загсом и опекой.

Как получить информацию в загсе

На основании свидетельства о рождении и паспорта можно запросить копию актовой записи о рождении. В ней указаны первоначальные данные ребенка — ФИО, дата и место рождения, — а также ФИО биологических родителей. Также по запросу можно получить копию свидетельства об усыновлении и справку об усыновлении. Но сведения будут почти одинаковые.

Заявление принимают в свободной форме — в нем нужно указать, зачем вам эта информация.

Иногда сотрудники загса говорят, что выдают сведения об усыновлении только по запросу прокуратуры, следователей или суда. Тогда пусть откажут письменно — ответ должны представить в течение 30 дней. После есть смысл обратиться в суд — он поможет разобраться, правомерен отказ или нет.

Чем могут помочь органы опеки

До принятия семейного кодекса усыновлением занимались сначала исполкомы — сейчас это администрации городов, потом органы опеки. Поэтому информация о детях, которых усыновили до 1995 года включительно, хранится там. Можно запрашивать эти сведения из архива опеки или района, в том числе через госуслуги.

А вот если ребенок был усыновлен начиная с 1996 года, получить информацию о биологических родителях в опеке не получится: с того момента дела об усыновлении стал рассматривать суд, а хранить документы — загс. Значит, нужно обращаться туда.

Когда стоит идти в суд

Если по каким-то причинам загс или органы опеки и попечительства отказались предоставлять информацию о биологических родителях, можно обратиться в суд с административным иском.

Отмечу, что узнать настоящих родителей не всегда хотят из любопытства. Иногда информация нужна приемным детям, чтобы избежать брака с близким родственником или выявить наследственное заболевание. Но даже в этих случаях все бывает не так просто.

Что в итоге

Начать поиски биологических родителей я советую с обращения в загс и органы опеки. Они могут отказать, если на руках не будет письменного согласия на разглашение тайны усыновления. Но в вашем случае брать согласие не у кого: приемных родителей уже нет в живых.

Конечно, ведь найти своих родных — это сокровенное желание большинства оставленных детей. А кто ищет, тот, как правило, находит, тем более что в настоящее время возможностей для этих поисков стало больше, так как значительно увеличилось количество и возросла доступность разных информационных ресурсов.

Это стремление подтверждается и созданием некоторых сайтов, и наличием телевизионных программ, таких как «Жди меня», «Пусть говорят», а теперь «Прямой эфир» А. Малахова и др. Общему возросшему интересу людей к поиску своих корней способствует также раскрытие многих архивов, а не только военных. Так что построение своего генеалогического дерева — хорошая новая традиция, возникающая не только у детдомовцев, но и у многих других людей, которую только стоит приветствовать.

В этом разделе приведены материалы генеалогической рассылки, которая рассылалась нашим проектом в 2002-2003 годах. Автор рассылки — Людмила Бирюкова, в тот момент ведущая сайта. В настоящее время рассылка не функционирует.

Тема это рассылки — продолжение предыдущей — дети-сироты после 1917. 

Тема ужасно емкая, так что все у меня будет конспективно, не обессудьте. Огромное количество организаций я упоминаю сознательно — в их фондах могут найтись сведения о ваших предках, если они были сиротами или детьми репрессированных. 

С 1914 по 1921 Россия потеряла около 16 млн. человек, распалось множество семей, и возникла массовая беспризорность. В 1913 полные сироты составляли не более 25% беспризорных, к 1918 — 40-45%, большинство — дети рабочих. Детей мещан чаще забирали в семьи родственники или друзья погибших. Увеличивалось число детей крестьян, разорившихся в связи с войной. 

В 1918-1920 детские дома находились в ведении Наркомата социального обеспечения.

В конце 1917 г. были образованы Наркомат Государственного призрения и Наркомат Социального обеспечения, которым были переданы все полномочия в области общественного призрения. Декретами и постановлениями этих наркоматов были упразднены почти все благотворительные организации, действовавшие в царской России, и на их месте образованы новые советские органы: Коллегия по охране материнства и младенчества, Фонд обеспечения детей красноармейцев и другие. 

Декрет от 17 января 1918 года о комиссиях для несовершеннолетних отменил тюремное заключение и суды для детей обоего пола до 17 лет. Теперь они подлежали ведению комиссий о несовершеннолетних. Все судебные дела о детях, даже и законченные, подлежали пересмотру указанными комиссиями. Комиссии для несовершеннолетних находились в ведении Наркомата общественного призрения и включали представителей трех ведомств: общественного призрения, просвещения и юстиции. Комиссии могли освободить несовершеннолетних от наказания или направить в одно из «убежищ» Наркомата общественного призрения (сообразно характеру деяния). Детские дома находились в ведении Наркомата социального обеспечения (дети были приравнены к нетрудоспособным членам общества, пользовавшимся правом полного государственного обеспечения). Значительная часть их была объединена в так называемых детских городках в Малаховке (16 детских домов), Болшеве и др. В Даниловом монастыре был помещен московский детский коллектор. 

В феврале 1919 г. при СНК был создан Государственный совет защиты детей под председательством А.В. Луначарского. В него входили представители наркоматов труда, социальной защиты и продовольствия. Одновременно действовала созданная в 1918 силами общественных деятелей, учителей и кооператоров Лига спасения детей, которая использовала для помещения детей учреждения здравоохранения, бывшие приюты, входившие в ведомство императрицы Марии, и создавала свои трудколонии. 

В 1920 детские дома переданы в систему органов народного образования. К этому времени число сирот среди беспризорных составляло более 60 процентов.

Декретом от 4 марта 1920 года предписывалось Народному комиссариату юстиции помещать несовершеннолетних отдельно от взрослых преступников и создавать для подростков особые учреждения. В 20-х гг. сформированы закрытые детские колонии и трудкоммуны (в ведении НКВД). В качестве воспитательной меры несовершеннолетних можно было помещать в реформатории. 

И тут начался голод. За два года (1920-22) количество беспризорных выросло на порядок. Дети-сироты составляли 70-80% от общего числа, и большинство их происходило из крестьян (до 40%). Среди беспризорных стало больше детей из зажиточных семейств — кулаков, инженеров и дворян. Основными способами добывания детьми пропитания стали криминальные — воровство, грабежи, спекуляция, проституция. 

С 1921 сведения о детях-сиротах надо искать в материалах Деткомиссии при ВЦИК.

27 января 1921 была учреждена особая Комиссия по улучшению жизни детей (Деткомиссия при ВЦИК). В ее состав вошли представители ВЦСПС (центральных органов профсоюзов), наркоматов просвещения и рабоче-крестьянской инспекции, здравоохранения, ЦК комсомола, женотдела и отдела агитации и пропаганды ЦК РКП(б) и Всероссийской Чрезвычайной Комиссии по борьбе с контрреволюцией (ВЧК). В Государственном архиве Российской Федерации фонд 5207 — материалы Деткомиссии при ВЦИК. В том же году издан декрет об организации детской социальной инспекции, в задачи которой входили борьба с беспризорностью, правонарушениями и преступностью несовершеннолетних и защита от эксплуатации и плохого обращения с детьми. Детей переправляли под конвоем в менее пострадавшие губернии; направляли в больницы, другие зарождающиеся детские учреждения, активно раздавали под опеку в семьи «партийных советских рабочих и кандидатов» и даже в семьи зарубежных товарищей, в частности, в Словакию и Моравию. Только в Москве в 1920-1921 гг. по семьям были расселены 24 тыс. бездомных детей. Часть подростков направлялась в музыкальные команды Красной Армии. В 1921 150 тыс. детей из голодавших губерний Поволжья через Деткомиссию были эвакуированы в более благополучные районы, более 200 тыс. были приняты на содержание частями Красной Армии, подразделениями ВЧК, профсоюзами, крестьянскими организациями. В том же году Деткомиссия при ВЦИК сотрудничала с фондом помощи норвежского полярника Фритьофа Нансена, а также с Американской организацией помощи (АРА), но в конце 1921 г. было сказано об активном использование АРА для разведки и подрывной деятельности, что привело к свертыванию ее деятельности в РСФСР. 

Были созданы специальные детские учреждения: приемники-распределители (временного пребывания); детские дома; «коммуны» и детские «городки». Детские дома были рассчитаны на детей до 12-14 лет. Трудовые коммуны принимали подростков старших возрастов. Детские городки представляли собой объединение нескольких детских домов, школ, фабрично-заводских училищ (ФЗУ) с обслуживающей их инфраструктурой и подсобными учреждениями. Через 200 созданных в 1921 приемников-распределителей, рассчитанных на прием от 50 до 100 детей одновременно, за год прошло более 540 тыс. детей. 

В марте 1922 года создается дополнительный контрольный орган — Детская социальная инспекция при Отделе правовой защиты детей Наркомпроса. Она ведала не только вопросами беспризорности, но и защитой несовершеннолетних в семьях, на производстве и в детских учреждениях. 

26 января 1924 года при ЦИК СССР создается Специальный фонд им. Ленина, организованный для помощи голодающим и беспризорным детям. 

1925 год — в стране 200 тысяч беспризорников, из них 90 тысяч нуждаются в немедленной помощи. В детских домах 241 тысяча детей, что составляет 55% от общего числа сирот. Общества «Друзей детей» созданы в 17 губерниях, они имеют свои клубы, столовые, чайные, приюты. В 1930 году эти общества получили еще больше полномочий, а также всесоюзную поддержку — 30 ноября при ВЦИК и СНК РСФСР создается Всероссийское общество «Друг детей». 

Цитата из работы Макаренко: «Беспризорные 1921-1924 гг. уже давно исчезли… Наш теперешний беспризорный — это не продукт классового распада… Теперешний беспризорный — это прежде всего ребенок, потерявший семью. Причин этому много: более свободная форма семьи, отсутствие принудительного сожительства, более напряженное движение человека в обществе, большая загруженность отца и матери работой, отход женщины от семейной ограниченности, материальные и прочие формы противоречий». 

Обратите внимание: с 1918 по 1926 усыновить ребенка было невозможно.

В 1926 был отменен запрет на усыновление, установленный в 1918. Пошла кампания по усыновлению детей, разгрузка детских домов. В Кодексе законов о браке, семье и опеке РСФСР 1926 г. был узаконен фактический брак. Достаточными условиями для его признания были совместное проживание, ведение общего хозяйства, совместное воспитание детей. Кодекс дал право суду выносить решения об отбирании детей до 14 лет у родителей и передаче их органам опеки и попечительства, разрешил усыновление несовершеннолетних. 

Уголовный кодекс РСФСР 1926 года исключил несовершеннолетних в возрасте до 18 лет из числа тех, к кому могла быть применена высшая мера наказания, а также предусматривал обязательное смягчение несовершеннолетним наказания: в возрасте от 14 до 16 лет — наполовину, а в возрасте от 16 до 18 лет — на одну треть. 

1930 год — изменение характера беспризорности. Увеличение доли «семейных» детей, криминально ориентированных подростков, нуждающихся в «специальном» воспитании. Расширение сети «перевоспитывающих» учреждений для «морально дефективаных детей». 

С 1934 детей репрессированных передают в детские дома, часто с прочерком в графе «родители».

В 1934 ВЦИК издает специальное Постановление «Об устройстве детей лиц, находящихся под стражей». По этому постановлению дети должны передаваться под опеку в детские заведения. Попадая в них с прочерком в графе «родители» и сталкиваясь там с презрительным отношением других детей и издевательствами воспитателей, они долго не задерживаются и присоединяются к беглецам. Беспризорность продолжает расти. 

Постановление ЦИК и СНК СССР от 7 апреля 1935 года «О мерах борьбы с преступностью среди несовершеннолетних» действовало 24 года и только в 1959 году было отменено. Возраст уголовной ответственности по значительной части составов преступлений снижался до 12 лет. Восстанавливался принцип применения к несовершеннолетним всех видов наказаний. Указом 1941 года предписывалось применять это постановление не только за умышленные преступления несовершеннолетних, но и за преступления, совершенные ими по неосторожности. Комиссии для несовершеннолетних в июне 1935 были ликвидированы. Учреждения для несовершеннолетних были переданы в НКВД. 

Со второй половины 30-х гг. детские дома входили в систему городских учреждений народного образования, но сведения о детях репрессированных в детских домах до 1954 года надо искать в НКВД.

Примерно в то же время (в 1934) ЦИК СССР принял постановление «Об образовании общесоюзного Народного комиссариата внутренних дел СССР», в состав которого вошло ОГПУ СССР. Как ни странно, это прямо относится к теме детей-сирот. На вновь созданный НКВД СССР были возложены следующие задачи: обеспечение общественного порядка и государственной безопасности, охрана социалистической собственности, запись актов гражданского состояния, пограничная охрана, содержание и охрана ИТУ. Для решения этих задач в составе НКВД были созданы: Главное управление госбезопасности (ГУГБ), Главное управление рабоче-крестьянской милиции (ГУ РКМ), Главное управление пограничной и внутренней охраны (ГУ ПВО), Главное управление пожарной охраны (ГУПО), Главное управление исправительно-трудовых лагерей (ИТЛ) и трудовых поселений (ГУЛАГ), Отдел актов гражданского состояния, Административно-хозяйственное управление, Финансовый отдел (ФИНО), Отдел кадров, Секретариат, Особоуполномоченный отдел. 

Отгадайте, какой отдел учитывал детей репрессированных, которые в массовом порядке заполняли детдома. Я бы не отгадала. АХУ. В него входили: административно-хозяйственный отдел (АХО), хозяйственный отдел (ХОЗО), отдел связи, санитарный отдел, сельскохозяйственный отдел, тюремный отдел, поликлиника и больница, три автобазы, комендатура, пожарная охрана, изоляторы: Бутырский, Сретенский, Особого назначения, а также Челябинский, Верхнеуральский, Суздальский и Ярославский. И именно туда шли все отчеты о детях репрессированных. 

Внимание: Примеры писем, которые надо писать в архивы по детям репрессированных, есть на сайте на странице www.vgd.ru/generes1.htm

Детей репрессированных врагов народа в возрасте от 1-1 1/2 лет и до 3-х полных лет размещали в детских домах и яслях Наркомздравов республик в пунктах жительства осужденных. Детей в возрасте от 3-х полных лет и до 15 лет принимали на государственное обеспечение, их размещали в детских домах Наркомпросов других республик, краев и областей (согласно установленной дислокации) и вне Москвы, Ленинграда, Киева, Тбилиси, Минска, приморских и пограничных городов. В отношении детей старше 15 лет, вопрос решался индивидуально. В зависимости от возраста, возможностей самостоятельного существования собственным трудом, или возможностей проживания на иждивении родственников, такие дети могли быть направлены в детские дома Наркомпросов республик, направлены в другие республики, края и области (в пункты, за исключением перечисленных выше городов) для трудового устройства или определения на учебу. Социально опасные дети осужденных, в зависимости от их возраста, степени опасности и возможностей исправления, подлежали заключению в лагеря или исправительно-трудовые колонии НКВД, или водворению в детские дома особого режима Наркомпросов республик. Грудных детей направляли вместе с их осужденными матерями в лагеря, откуда по достижению возраста 1-1 1/2 лет передавали в детские дома и ясли Наркомздравов республик. 

Помещение детей в детские дома и наблюдение там над ними возлагалось на сотрудников НКВД. При производстве ареста жен осужденных, дети у них изымались и вместе с их личными документами (свидетельства о рождении, ученические документы), в сопровождении, специально наряженных в состав группы производящей арест, сотрудника или сотрудницы НКВД, отвозились: дети до 3-х летнего возраста — в детские дома и ясли Наркомздравов; дети от 3 и до 15-ти летнего возраста — в приемно-распределительные пункты; социально-опасные дети старше 15-ти летнего возраста в специально предназначенные для них помещения. 

Детей на приемно-распределительном пункте принимали заведующий пунктом или начальник детского приемника ОТК НКВД и специально выделенный оперработник (работница) УГБ. Каждый принятый ребенок записывался в специальную книгу, а документы его запечатывались в отдельный конверт. Затем детей группировали по местам назначения и в сопровождении специально подобранных работников отправляли группами по детским домам Наркомпросов, где и сдавали вместе с их документами заведующему домом под личную его расписку. Детей до 3-х летнего возраста сдавали лично заведующим детскими домами или яслями Наркомздравов под их личную расписку. Вместе с ребенком сдавали и его свидетельство о рождении. 

Дети осужденных, размещенные в детских домах и яслях Наркомпросов и Наркомздравов республик, учитывались АХУ НКВД СССР. Дети старше 15-ти летнего возраста и осужденные социально-опасные дети учитывались 8 отделом ГУГБ НКВД СССР. Наблюдение за политическими настроениями детей осужденных, за их учебой и воспитательной жизнью возлагалось на Наркомов Внутренних Дел республик, начальников УНКВД краев и областей. Как показывают архивные документы, особое наблюдение за детьми репрессированных велось систематически и непрерывно. 

Обратите внимание, даже если в 1934-1954 дети поступали в детский дом с прочерком вместо родителей, сведения о них и о постоянном наблюдении за ними сохранялись в АХУ НКВД СССР.

Если оставшихся сирот желали взять другие родственники (не репрессируемые) на свое полное иждивение, их могли выдать на опеку родственникам. Начальник УНКВД по месту жительства лиц, желающих взять детей на опеку, самостоятельно разрешал выдачу детей, о чем ставил в известность начальника НКВД по месту проживания ребенка (в детдоме). Последний давал указание зав. детдомом о выдаче ребенка на опеку, с соблюдением при этом предъявления соответствующих документов (паспорт или доверенность лица, получившего разрешение). Начальник УНКВД, разрешивший выдать ребенка на опеку, в последующем сообщал в АХУ НКВД сведения о нем: фамилия, имя, отчество, кому и когда передан и адрес местожительства опекуна с ребенком. Если дети еще не были отправлены по нарядам в детдома Наркомпроса, их выдавали на опеку родственникам непосредственно на месте. После выдачи ребенка на опеку, УНКВД проверял опекуна по отделам УГБ, на предмет выявления о нем компрометирующих данных. Компрометирующие данные об опекуне могли привести к передаче другому родственнику, о чем опять-таки сообщалось в АХУ НКВД. 

Дети репрессированных родителей от 15 до 17 лет включительно, не внушающие своим поведением социальной опасности, не проявляющие антисоветских, реваншистских настроений и действий, при наличии родственников (не репрессированных) могли быть переданы последним на полное их иждивение. При отсутствии таких родственников детей в возрасте от 15 до 17 лет — учащихся помещали в детские дома в пределах области, края, республики (за исключением мест, где были репрессированы их родители), дав им возможность окончить среднее учебное заведение. Дети репрессированных родителей старше 15 лет — не учащиеся, подлежали трудоустройству на предприятиях и учреждениях в пределах области (кроме городов, в которых репрессированы их родители) и за исключением предприятий и учреждений оборонного значения. Социально-опасные дети, проявляющие антисоветские и террористические настроения и действия, предавались суду на общих основаниях и направлялись в лагеря по персональным нарядам ГУЛАГа НКВД. О детях репрессированных родителей старше 15 лет, трудоустроенных или определенных на учебу, УНКВД сообщало списком в АХУ НКВД СССР. Вывод детей репрессированных родителей из детских домов (как переростков или за окончанием учебы) без специального указания АХУ НКВД СССР — не производился. 

Детям спецпереселенцев и ссыльных, при достижении ими 16-летнего возраста, если они лично ничем не опорочены, паспорта выдавали на общих основаниях. Но в целях ограничения въезда их в режимные местности, в графе 10-й, в выдаваемых паспортах, делали особую ссылку. 

По состоянию на 4 августа 1938 года у репрессированных родителей были изъяты 17355 детей и намечались к изъятию еще 5000 детей. 21 марта 1939 года Берия сообщал Молотову о том, что в исправительно-трудовых лагерях у заключенных матерей находятся 4500 детей ясельного возраста, которых предлагал изъять у матерей и впредь придерживаться подобной практики. Детям начали присваивать новые имена и фамилии. 

Кстати, в 1938 все архивы переданы в ведение НКВД СССР и пробыли в этом ведении до 1960 года. 

В годы Великой Отечественной войны получили распространение формы воспитания осиротевших детей в виде усыновления, опеки и патроната. Эти формы есть и сейчас, о них — в конце рассылки. 

В конце 50-х — начале 60-х гг. стали создаваться школы-интернаты. Особое место занимала Ивановская международная школа-интернат им. Стасовой. Она была основана по инициативе Международной организации помощи революционерам (МОПР) и проходила по ведомству ГПУ-НКВД-КГБ: здесь содержались дети видных деятелей международного коммунистического движения и дети соратников Сталина, подозревавшихся в уклонении от генеральной линии. 

В 1954 было принято решение снять с учета органов МВД детей спецпоселенцев всех категорий, родившихся после 31 декабря 1937 года, и впредь детей на учет спецпоселения не брать. Об освобождении из спецпоселения детей объявить их родителям или опекунам и сделать соответствующие отметки в книгах посемейного учета. Детям старше 16 лет для поступления в учебные заведения разрешили выезд в любой пункт страны. Зачисленных в учебные заведения снимали с учета спецпоселения по заключениям МВД-УМВД. 

В настоящее время к воспитательным учреждениям системы защиты детей относятся: дома ребёнка, детские дома, семейные детские дома, детские приюты, школы-интернаты, Центры временной изоляции несовершеннолетних. Возможны также такие формы как усыновление (принятие в семью ребенка на правах кровного, всеми вытекающими отсюда правами и обязанностями), опека (принятие в дом ребенка на правах воспитуемого), приемная семья (форма воспитания ребенка в семье на дому у воспитателя) и патронат (форма воспитания ребенка в семье на дому у воспитателя, который является сотрудником Уполномоченной службы по патронату на договоре). Но это уже не относится к сфере генеалогического поиска.

Генеалогические услуги: исследование родословной и составление древа.